nora balling закидали помидорами

Томас Андерс: «бесило, когда говорили о нашей сексуальной ориентации»

Его первый приезд в Москву стал для милиции настоящим стихийным бедствием. Люди ночевали на ступеньках «Олимпийского», а днем калечили друг друга в чудовищной давке у касс. Стены спортивного комплекса были буквально испещрены признаниями в любви к Томасу. Их отмывали, но на следующий день фанаты снова разрисовывали углем серое здание.

«ЛИЧНАЯ ЖИЗНЬ У КАЖДОГО БЫЛА СВОЯ»

— Томас, вы в Москву приезжаете едва ли не каждый год. Что значит сие постоянство?

— Просто люблю приезжать к вам. Очень рад, что поклонники в России и по сей день остаются мне верны. А впервые я посетил Россию еще в октябре 1987 года. С тех пор, конечно, в вашей стране многое изменилось. И к лучшему.

— Вы помните первый визит в Москву. А с чего вообще все началось? Когда обнаружились музыкальные способности у мальчика, которого звали еще не Томас Андерс, а Бернд Вайдунг?

— Да, конечно. Мне было пять лет, когда мама подарила мне на Рождество первую гитару. Я не отпускал ее ни на минуту, даже ночью клал возле своей кровати.

— «Модерн Токинг» распался в 1987-м, спустя 11 лет неожиданно воскрес, а в 2003-м столь же внезапно вновь прекратил свое существование. Почему?

— Знаете, а многие были уверены, что вы с Дитером. Как бы помягче это сказать. нетрадиционной сексуальной ориентации. Как реагировали на те слухи?

— Но потом вы подстриглись, стали неброско одеваться, убрали украшения.

— Просто в одно прекрасное утро я понял, что этот имидж уже не для меня. Я изменился не только внешне, но и внутренне.

«С ДЕВУШКАМИ Я ВСЕГДА БЫЛ ЗАСТЕНЧИВ»

— Томас, у вас было то, что называют звездной болезнью?

Так ты создаешь вокруг себя светлую ауру, которая защищает тебя от злых людей, упаднических мыслей, несчастий. Иногда события в жизни происходят совсем не так, как нам хочется. Нам это кажется несправедливым. Но из каждой, казалось бы, самой негативной ситуации мы можем вынести для себя нечто позитивное.

— Томас, правда, что первая ваша любовь была несчастной?

— Не совсем… Вы знаете, моей любимой игрушкой в детстве была кукла Барби с длинными золотистыми волосами. Я мечтал влюбиться в такую же девушку. И когда мне исполнилось 18 лет, моя мечта материализовалась.

Хотя вообще-то с девушками я всегда был застенчив. Никогда не говорил: «Я люблю тебя!» Но всегда писал об этом в письмах и на пластинках. Ну а моя «куколка» Стефи потом познакомилась с более взрослым и опытным мужчиной, и мы расстались.

«НОРА ЗАПРЕЩАЛА МНЕ СТРИЧЬСЯ»

Пока мы ехали до ресторана, по всей окрестности звучала песня You’re My Heart. А брачная ночь у нас прошла в отеле «Солнечная аллея», что на Свиной горе. Всю ночь мы рассовывали по вазам цветы и разбирали подарки: аппарат, который делает килограмм мороженого за 20 минут, перстни с печатью семьи Баллинг, золотой скрипичный ключ, серебряные бокалы для шампанского.

Когда поехали в свадебное путешествие на Канарские острова, Нора взяла с собой 18 пар туфель и несметное количество одежды, чтобы каждый день надевать новое. Мы тащили с собой девять чемоданов и двух собачек: Мики и Дейзи. Рано утром бродили по пустынному пляжу, а вечером пили в баре коктейли. Ночью приходилось заворачивать трубку телефона в полотенце, так как аппарат трезвонил каждую минуту. Так развлекались мои поклонницы. Днем же от них приходилось спасаться бегством.

— Моим главным «соперником» стал тот субъект, который отвоевал свое право. спать в нашей постели. На атласном покрывале всегда дремал кот Неро. Мы его в шутку даже называли «горячо любимый и желанный друг по постели».

— О ваших отношениях с Норой рассказывают разное. После вашего развода прошло уже много лет. Что теперь можете сказать о своей первой супруге?

Нора действительно красива, но очень своенравна. Например, она всегда говорила, что у меня потрясающе красивые волосы, и ни в коем случае не разрешала мне их стричь. Как-то мы жили в отеле в Мюнхене. Нора забыла дома шампунь и заказала его по телефону.

Через несколько минут в дверь постучали. Жена осталась в ванной, а я быстренько накинул халат и открыл консьержу дверь. Парень долго извинялся, что у них нет того шампуня, который мы заказывали. При этом он почему-то все время называл меня. «фрау Андерс»! В конце концов, мне это надоело, и я. распахнул халат. Под которым, естественно, ничего не было. Консьерж, бедняга, только и смог вымолвить: «О Боже!»

«С КЛАУДИЕЙ МНЕ СПОКОЙНО И НАДЕЖНО»

— Почему же вы все-таки расстались с Норой?

— Она была очень цепкой и ревнивой. Мне это просто надоело. Мы поженились в конце 1984 года, а уже через месяц «Модерн Токинг» вышел на первые места во всех хит-парадах. В воображении Норы шоу-бизнес выглядел так: все развлекаются с «легкими» девушками и купаются в шампанском.

Нора решила, что женщины станут для нее безопасны только в том случае, если она сама будет их от меня отгонять. Когда

на одной телепередаче наше выступление должна была объявлять очаровательная девушка, жена даже пыталась запретить мне выходить на сцену.

После расставания с Норой я нередко влюблялся. Правда, чаще всего женщины реагировали так: «С ним? Никогда! Он мог бы иметь любую!»

— Ваша личная жизнь сложилась весьма оригинально. У вас были миллионы поклонниц во всех странах мира, а свою нынешнюю супругу Клаудию вы встретили в родном городке Кобленце. Как это произошло?

— Мы познакомились случайно. Хотя правду говорят, что все случайности закономерны. Зашел как-то с друзьями в кафе и увидел там симпатичную девушку. У нее был такой грустный взгляд, что мне захотелось ее развеселить. Я подошел к ней и спросил: «Привет, ты откуда?» Оказалось, что Клаудиа живет в моем родном городке.

Мы разговорились. Тогда она даже вида не подала, что знает меня. Как раз это мне и понравилось. Скромная девушка, по специальности лингвист, работала в компьютерной фирме. Я был рад, что Клаудиа не имеет никакого отношения к артистической среде. Вскоре мы поженились (свадьбу устроили в старинном замке), Клаудиа бросила свою работу и стала заниматься моими делами. Мы вместе ездили на гастроли, пока не родился сын.

Читайте также:  Молоки лососевых рыб рецепты приготовления в духовке с картошкой

— Томас, вы можете назвать себя везунчиком?

— Предпочитаете тихую гавань? Нескучно?

— На эстраде мне самого себя уже не превзойти. Это я отлично понимаю. Может быть, меня еще ждут «шторма», но только в какой-нибудь другой области…

Понравилась статья? Подпишитесь на канал, чтобы быть в курсе самых интересных материалов

Источник

Персоналии

Nora Balling

Нора-Изабель Баллинг (Nora Isabelle Balling) родилась 31 июля 1964 года в доме богатых родителей в Западном Берлине. Позже семья приобрела собственную квартиру в Кобленце, в районе Karthause. Нора была третьим и последним по счету ребенком в семье Баллинг, после своих двух сестер Долорес (старше на 16 лет) и Марион (старше на 13 лет). Нора-Изабель была похожа на папу, такая же блондинка, в отличие от своих темноволосых сестер.

Так как старшие сестры были уже почти взрослыми, Нору воспитывали как единственного ребенка. Поэтому она росла в атмосфере, где все было можно и все прощалось, где ее оберегали. Несмотря на это, Нора была очень самостоятельна и своенравна, в школе ее прозвали «Русалкой», потому что она ходила с распущенными длинными волосами и была страшно гордой. Как прирожденный лидер, Нора выделялась во всем: она не боялась учителей, всегда высказывала свое мнение. Даже в одежде она была самой экстравагантной, а уже в 12 лет родители подарили своему любимому чаду золотые часики «Роллекс».

После школы Нора продолжила обучение в школе Косметики графини фон Хаугвиц в Бонне. Страсть к рисованию, фантазия и просто талант сделали Нору лучшей ученицей. Через год она получила специальность косметолога и визажиста. Одновременно с учебой Нора работала фотомоделью для фирм модных украшений и акссесуаров, где рекламировала кольца, цепочки, духи.

Однажды весной на горнолыжном курорте Нора познакомилась с молодым человеком, по имени Штефан, который тоже был родом из Кобленца. Парень «по уши» втрескался в Нору. Но чем заинтересовать такую девушку? И Штефан решает похвастаться своим знакомством с известным певцом Томасом Андерсом. Известен он был, правда, в то время пока только в Кобленце, но уже имел определенный успех и его показывали по телевизору.

Когда Томас и Нора увидели друг друга, между ними сразу же пролетела искра. Или это была стрела Амура?

Первое, что тогда подумала Нора, было: «Молодой человек, маленький, какая прелесть, но ужасно маленький!» И не удивительно, ведь Нора была на пол головы выше Томаса! Но это не помешало возникновению чувства. Несколькими днями позже Нора встретилась с Томасом за ужином, чтобы сказать, что Штефан может больше не прилагать усилий… Она уже решила для себя, что Томас – мужчина ее мечты! А все остальное станет и стало целой историей!

Когда Норе было 19 лет, в 1983 году в декабре сестры сообщили ей, что их мама тяжело больна, и лечиться уже поздно, возможно она не проживет и месяца. Это стало страшным ударом для Норы. Нужно было полностью переосмыслить свою жизнь, привыкнуть, что мама медленно умирает на ее глазах, привыкнуть жить одной, ведь у взрослых сестер уже были свои семьи. Беззаботной жизни пришел конец…

Но у Норы был еще Бернд, ее любимый, который всячески помогал и поддерживал. Вообще 1984 год начался для Норы не очень удачно: во время прогулки украли ее любимого ризеншнауцера Сашу. Правда уже в июне ей подарили черного дога, которого она назвала Асскан.

В это время у Томаса карьера певца шла постепенно и уверенно в гору, и даже для съемок одного из своего первого видеоклипа “Heisskalter Engel” он пригласил свою подругу.

Четвертого ноября Томас подарил Норе маленького йоркширского терьера по имени Микки, он должен был как-то утешить Нору. Эту дату Томас помнил точно, потому что на следующий день умерла мама Норы и теперь она стала круглой сиротой, что стало для нее сильным потрясением: страх перед неопределенностью, одиночеством, незащищенностью… Сестры давно уже жили отдельно, у Норы остался ее Берни, который стал для нее всем. Томас же любил в ней спонтанность, деловитость, оптимизм, он мог полностью доверять ей.

Через несколько дней после смерти матери Нора попала в автомобильную аварию. Хотя до больницы дело не дошло, но она была изранена, разбила голову. В доме Нора завесила все зеркала и всю ночь проревела. А утром ее разбудил Томас. Он спросил, хочет ли она выйти за него замуж… Через некоторое время Томас переехал к Норе на знаменитую Цайсиг-Штрассе 14 (Zeisig-Strasse). Улица, которая впоследствии станет местом паломничества миллионов фанатов Нориного мужа – Томаса Андерса.

Эта квартира на последнем этаже осталась Норе в наследство от родителей, около 200 квадратных метров, полная антиквариата, с камином, с мебелью в стиле барокко. Они не стали менять обстановку в доме, кроме спальной комнаты. Нора задрапировала потолки голубым шелком, а в центре стояла кровать, поражающая своими размерами: 2,80 шириной и 2,40 длиной, на двух ступенях, а несколько золотых подушек придавали стиль.

Потом все пошло так быстро, что уже до июля следующего года у них не было ни одной свободной минутки для того, чтобы обвенчаться в церкви. Брачного контракта у них не было, ведь они думали, что это навсегда. После смерти родителей Нора стала наследницей миллионного состояния, да и Томас уже после первого гонорара от “Modern Talking” стал состоятельным, и каждый мог пользоваться счетом другого.

Уже во время съемок третьего видео-клипа “Modern Talking” «Шэрри, Шэрри Леди» Томас появился с золотой цепочкой, на которой красовалось имя его жены Норы, и которую он позже не снимал никогда.

Длинные волосы, которые были тоже идеей Норы, и эта цепочка стали визитной карточкой Томаса Андерса и его бичом. А идея цепочки возникла банально. Томас и Нора были с парой друзей в отпуске, как-то днем они лежали около бассейна и от безделья обдумывали, какую бы шутку выкинуть. У Норы родилась идея, сделать пояс с большими буквами спереди на пряжке, такой же как экцентричный ремень Удо Линдерберга (культовый рок-певец в Германии).

Читайте также:  в помидоре зеленые косточки

Предлагалась также идея футболки с именем Норы, но ее быстро отбросили, потому что это было бы не видно по телевизору. И близкий друг Гидо сказал, что цепочка была бы лучше. Это показалось всей компании настолько остроумным, что сразу же был сделан заказ. Они никогда и не предполагали, что позже это будет нервировать целую нацию!

Томас: «С точки зрения маркетинга это был гениальный шахматный ход. Лучше невозможно представить – около бассейна придумать такую дурацкую идею, и позже раздражать этим пол мира!»

Сразу после венчания они отправились в небольшое свадебное путешествие, а оттуда в такой долгожданный отпуск на испанский остров Гран Канария.

Норе приписывали мыслимые и немыслимые скандалы: о том, как Нора заперла Томаса в номере гостиницы, как из-за нее сорвалось выступление „Modern Talking”, и т.п. Всегда нужно найти виноватого, сам артист, разумеется, таким быть не может.

Томас: «Если каким-нибудь разочарованным писакам ничего больше не приходит на ум, во всем обвиняют Нору».

Томас защищал жену во всех интервью и на страницах журналов: «Нора – не дикий черт, дракон, а также не стерва, иначе я никогда не женился бы на ней!» Когда люди влюблены, очень часто это вызывает зависть других….

Громко лая, черный дог Асскан (75 кг) прыгал на Томаса, любовно шлепаясь лапами на оба его плеча. И сразу же, одним махом отбрасывал хозяина обратно к двери. Так выглядело обычное приветствие, когда Томас и Нора возвращались с турне домой в Кобленц.

Томас лишь тихо вздыхал, когда Нора в очередной раз влюблялясь в новую зверюшку. Чтобы Микки не чувствовал себя одиноко в своей сумке, он получил друга по играм серебристого окраса йоркшира Дэйзи. Потом к компании прибавился персидский кот Неро. Чуть позже, в 1986 году появились еще один кот Саша, мальтийская болонка Шери, которая всегда покусывала дорогое голубое покрывало в спальне, и афганская борзая Принцеса. Экономка Томаса и Норы, Кристел Кнайп, каждый раз хваталась за голову, когда животные носились по квартире в Кобленце. Не удивительно, что обгрызанные макасины Томаса летали в спальне, и Норе приходилось только энергично свистнуть двумя пальцами, чтобы отвлечь этот дикий шерстяной клубок от шкафов и подушек. Правда, единственное, против чего Томас был абсолютно против – это обезьянки, которых Нора тоже находила очень милыми. Но Томас считал, что Нора очень любит животных.

В 1986 году Нора взяла шефство над одним Домом животных в родном Кобленце, в котором жили 100 собак и 80 кошек. Этот Дом должны были национализировать по государственному образцу, то есть: самое позднее через три месяца все животные, которые не нашли себе хозяина, были бы усыплены. При первом посещении этого Дома животных Нора сразу оставила там все свои деньги на домашние расходы. Нора решила бороться: «Ради этого я могу пойти на баррикады». Она сразу окрыла счет для пожертвований, который опубликовали в журналах. Нора просила о пожертвовании друзей, родственников, бизнесменов, она тогда везде ходила со специальным кошельком.

Томас тоже использывал свою популярность: на одной дискотеке он обратился с просьбой помочь животным и собрал прямо там 180 немецких марок. Эта затея не пропала даром, и всеобщими усилиями животные были спасены.

После смерти родителей Нора стала интересоваться жизнью после смерти, она искренне верила, что душа ее матери всегда была рядом и помогала ей. В ее коллекции насчитывалось огромное количество книг по спиритизму.

В редкие минуты отдыха Томас читал книги, а Нора смотрела видео-фильмы, а вечера они проводили вместе: Томас добрых два часа проводил на кухне (в семье, в основном, готовил он), Нора ему помогала.

В том же 1986 году Нора и Томас решили снять еще один дом под Берлином. Это был двухэтажный домик с красивым видом на озеро Ванзее. И здесь Нора нашла применение своему таланту. Это был мир фантазий и работа умелой и богатой идеями женщины, розово-голубой рай для двоих, который создала Нора. Она неделями подыскивала сотни метров шелка, которыми потом сама драпировала потолки и стены, в антикварном магазине своей сестры Нора приобрела мебель и множество других антикварных вещичек, гипсовых фигурок, зеркал. Томас гордился своей женой! Этот талант дизайнера Нора унаследовала от матери: в их квартире в Кобленце в гостиной комнате лежал красивый дорогой ковер, который был изготовлен в Персии по эскизу Нориной матери.

Тогда же у Норы появилась новая причуда – коллекционирование уток. Это должны были быть только утки –кряквы, и ни в коем случае не Дональды Дакки и не живые утки.

По желанию самого Томаса, друзей и поклонников Нора согласилась быть вместе с Томасом и на сцене. Со своей подругой Юттой Нора начала выступать в качестве бэк-вокала. Но никакой идеи петь дуэтом с Томасом не было, также никогда не шла речь о сольной карьере Норы. Это, однако, понравилось отнюдь не всем, тем более партнеру Томаса Дитеру Болену. Хотя последний много времени проводил в студии, и продюссировал много других исполнителей.

Во время тура 1987 года «Томас Андерс-шоу» в ЮАР и Восточной Европе Томас вместе с женой исполнял на концертах песню «Tell me», слова к которой написала сама Нора. Также в турне их сопровождала группа «MAN-X» из Кобленца. На самом деле это было трио: Манфред Циммерманн (Мэнникс) – вокал и клавишные, Дитер Мюллер – клавишные, Хайнц Охо – гитара. Эти ребята стали хорошими друзьями Томаса и Норы, и часто бывали у них в гостях.

Пресса с удовольствием в течение нескольких лет муссировала этот скандал. Поклонники тоже разделились на два лагеря, одни верили Дитеру, другие поддерживали Томаса и Нору.

Томас сильно не расстроился, потому что у него уже были планы на сольную карьеру. Да и сама Америка, теплый климат, открытость людей настолько поразила семью Вайдунг-Баллинг, что Нора захотела там жить. Тем более, что после скандала, связанного с распадом «Modern Talking», пребывание в Германии стало проблематичным, ведь многие винили именно ее в этом! Она сняла дом и начала его обустраивать, а потом сообщила об этом своему мужу. Это была двухэтажная вилла недалеко от Беверли Хиллз, бывшая квартира Кларка Гейбла.

С собой в Америку Томас и Нора взяли мальтийскую болонку Шери, которая еще в 1987 году начала путешествовать вмести с ними вместо Микки, а чуть позже у них в Америке появился еще один белый персидский кот Эшли. А остальные животные остались дома в Кобленце, и за ними присматривала экономка.

Читайте также:  На огурце опадают цветки с завязи

Первые два года после распада “Modern Talking” Томас организовал мировое турне – он и его группа дали около ста концертов в Венгрии, Польше, Чехословакии, Сингапуре, Таиланде, России и Южной Америке, и Нора продолжала сопровождать мужа. В это же время Томас работал над своим первым соло-диском, разрываясь между Англией, Америкой и Германией.

В том же году Нора и Томас Андерс решили создать для своих поклонников фан-клуб, офис которого находился в Кобленце. Члены этого клуба получали журналы, поздравительные открытки, а раз в год Томас встречался со своими поклонниками на специальных встречах, одна из первых состоялась 2 декабря 1989 года.

Этот альбом Томас назвал “Different” – “Другой”, а Томас действительно изменился. Исчезла его знаменитая цепочка «Нора», длинные волосы он забрал в хвост, классической одежде Томас и Нора стали предпочитать джинсы и футболки, они больше не носили большого количества золотых украшений, кроме обручальных колец и золотого браслета от Картье – «Браслет Любви», который они купили друг другу взаимно.

Первый альбом Томаса, в который он вложил все свои силы, мечты, желания, не оправдал эти большие надежды. Но Томас отнесся к этому позитивно, он и не предпологал повторить успех “Modern Talking”.

Томас: «Моя главная задача – не зарабатывать деньги, больше всего я хотел бы развиваться как музыкант.»

Его требованием стало: поп-музыка на качественном уровне!

В Америке у них появилось много друзей. А Нора могла быть там настоящей Норой. Ее новые друзья любили ее, потому что она милая и добрая, а не из-за ее денег или потому что она замужем за поп-звездой.

Один из знакомых Томаса и Норы владел серебряными рудниками, он хотел выставить на рынок коллекцию украшений. Он оценил талант Норы, как дизайнера, и по его просьбе она сделала более ста эскизов часов, цепочек, браслетов и колец. Также Нора сделала несколько набросков для коллекции джинсовой одежды и как модель принимала участие в показе мод дизайнера Жефри Бине в Лос-Анжелесе. В Америке Нора жила и радовалась жизни, применяя свои художественные таланты.

Там же у Норы и Томаса появилась подруга Этель – 81-летняя американка, которая была тяжело больна, как и мама Норы. И Нора заботилась о ней. Они вместе приезжали даже на одну из первых фан-клубовских встреч в Кобленц. Этель умерла в 1993 году. Тогда она лежала в госпитале в Лос-Анжелесе, в одну из ночей Томас позвонил ей, она была очень слаба и тихо говорила. После того как Томас положил трубку, ему стало ясно, что он больше никогда не услышит и не увидит ее. В эту ночь, когда умерла Этель, Томас не мог заснуть и половина четвертого утра он сел за рояль и написал песню для Этель – “Dance in Heaven”.

Нора и Томас стали все чаще разлучаться, она большую часть времени проводила в Америке, он в Германии. И в противоположность прошлому, людям показалось это сенсацией! В прессе стали появляться слухи о разводе, но на самом деле они повзрослели.

Томас: «Мы стали старше и, что называется, неизбежно стали также благорозумнее – и поняли, что было глупо, днем и ночью «околачиваться» вокруг друг друга».

Такая связь на расстоянии пока функционировала, они созванивались почти каждый день, и один раз в месяц встречались.

Это получилось настоящее роскошное поместье с ванными комнатами в стиле Валентино, с комнатой для гостей, жилой комнатой 120 квадратных метров со старинным камином. А во дворе разместились кошки, собаки, гуси, кролики, куры – самые любимые друзья детства. Через некоторое время по вполне естественным причинам они начали размножаться, и получился настоящий зоопарк.

Слухи о разводе постоянно преследовали их. Если Томас встречался с другом, о нем говорили, что он «голубой», если он шел ужинать с подругой, то он изменял жене. Так, пресса приписала ему связь с Нориной давней подругой Юттой, которая всего лишь на всего была замужем за их общим другом, и естественно они встречались.

В то время Томас гастролировал редко, часто оставался в Германии и не вылезал из студии, в Кобленце жили его родители и близкие друзья. Норе было скучно в Германии, ее друзья жили в Америке, и там она могла полностью проявить себя.… Они и не заметили как стали отдаляться друг от друга.

Томас: «Даже несмотря на то, что Нора и я были очень привязаны друг к другу, мы решили жить как пара, но на разных континентах. Но как многое в жизни, существует разница между мечтой и реальностью. Некоторое время назад мы заметили, что все еще нравимся друг другу, но этого было недостаточно, чтобы продолжать жить вместе….»

В 1994 году они продали свою ферму, Томас перехал на квартиру в центре Кобленца, а Нора оставалась в Америке. Но они все еще поддерживали дружеские отношения, Томас иногда навещал Нору в Лос-Анжелесе, отвез туда ей и мальтийскую болонку Пюппи. Только в конце 1995 года Томас снял свое обручальное кольцо и «Браслет Любви» уже навсегда….

Всё же, их брак не закончился большим крахом.

Томас: «Это было скорее медленное угасание. Конечно, иногда между нами только клочья летели, как в любой нормальной семье. Но никогда между нами не было сказано ни одного злого слова, что привело к разводу. Наше отдаление друг от друга – это многолетний процесс. Постепенно замечаешь, что тебе уже больше не так больно как раньше, когда другой снова улетает на два месяца в Америку, а ты остаешься в Германии. Замечаешь, что радуешься за другого, как радовался бы за хорошего друга…».

Вот так, после 14 лет официального брака, так красиво начавшейся сказке пришел конец. Развод между супругами Андерс состоялся в ноябре 1998 года.

Обзор подготовлен Еленой Артюхиной-Кошкиной (под редакцией Натальи Чепуровой) по материалам журналов “Bravo”, “Popcorn”, “Pop-Rocky”, “Echo der Frau”, “Neue Welt”, “Frau im Spiegel”, фан-клубовских news-letter, журналов официального фан-клуба Томаса Андерса, книги “Backstage Report” официального фан-клуба Modern Talking.

Источник

Поделиться с друзьями
admin